Что случилось?
Кто напал-то?
Или это ты напала кого-то?
Да вот, собственно, помнишь тех ребят, от которых мы выручили?
Они нас нашли, подкараулили, решили темную устроить.
Ну вот я им и вмазал.
Ну точнее, тому, который издриснул.
А я-то еще боялся, что они помрут там, вот в этих подворотнях.
Вот теперь жалко, что...
Слушай, ну, сволочи злопамятные, самое главное.
А, слушай, ну и че, и че, в общем, я так полагаю, что ты выиграл.
Не, ну, ха, конечно, этого вырубили.
Прибежала стража, наорала, потом прибежал Роберт, наорал, потом этого потащили.
На стражу.
Да, Роберт наорал на стражу, всех построил, этого потащил к Максу, Макс наорал еще раз на стражу, стражника разжаловал, капитана стражи.
Вообще, там тот еще цирк был на самом деле.
Вот главное представление ты как раз пропустил.
Ага, как у Сулупса, где-то их и били.
Да, знаешь, и не жалко, на самом деле, а то опять бы покалечили бы, или что-нибудь сделали.
Я-то еще легко отделался, вот Турсули по спине заехали.
Слушай, а она держится, смотри, не жалуется даже.
Ну, нормально же все, да?
Ну, вроде как.
Больно, но не смертельно.
Ох, е.
Ну, да.
ну и пес с ними на самом деле казалось здоровый пугай игру кую девчонку и не говорить что людям не хватает мозгов не хватает целый город хочешь рыбу ешь хочешь это подсистема не развита в реку нет это блин пиздец по подворотням Куда мы катимся Да, молодежь уже Безнравственность Разложение И ведь не служили поди Лена вас слушала, слушала А потом говорит, это ведь все из-за меня, да?
— Ты знаешь, мы без тебя-то с ними подсапались.
Это мы ж начали.
— Ну да.
— А из-за чего они на этого мальчишку, который у вас ночевал, из-за чего они его били?
Подожди, Дэнько, он же его знает, он же с ним друг.
Почему же так его называют?
А, да, извините.
Слишком много неписей?
Слишком много.
Я чешу нос, говорю.
Но, честно говоря, конечно, вообще-то они за дело.
Ну, я бы не сказал.
Понимаешь, за дело пошли бы к страже, а тут так рыло начистить.
Не, я не одобряю.
Просто он обчистил нас, он обчистил тестя моего.
Ну, вообще-то, это был не он.
И ты это прекрасно знаешь.
Ну, знаешь, мне кажется, если бы еще немножко времени прошло, он бы и вкинулся, и начал бы тоже лазить.
Это вы про кого говорите?
Вы говорите, что вам обращается местный какой-то мужик массивный.
Не знаю, скорее всего, никто из вас его не знает.
Это вы про кого говорите?
А кто там вообще, кого грабить?
Я говорю, да это наш знакомый в северном городе.
Олафом зовут.
Ну ладно.
Отприхались.
Ладно, ладно, я говорю В общем, дело прошлое Все более-менее нормально закончилось И все И пропадение пропадом Эти Бугаи эти Вот, тем временем Урсула и Роберт Отправляются К Марсимилану Скавронскому Но встречают Его на полпути.
Встречаете вы его где-то в районе ворота 24-х ворот.
Где-то в районе ворота вы его и встречаете.
Идет такой массивный, грузный со свитой.
И свитой представляет из себя кого там у нас со свитой есть.
Где-нибудь описано его свит?
Если нигде не описано, только Диего, еще пара там пара сражников и этот самый Арсений.
А девчонок типа не берет.
Я говорю, что вечерняя прогулочка?
Вот, говорит Маркс, решил тряхнуть стариной, ножки старые размять, Змять, прогуляться До другого конца своего города Ухмыльнулся так А надо, чурка, понимаешь Старость, нерадость Морозом, не оргазм Бурчит тебе под нос Роберт Морозом, не оргазм Бурчит тебе под нос Роберт Что-то сказал внучок Ничего, дедушка, тебе послышалось А почему он в такой странной компании?
Странной?
Ну, я князь.
Вот это вот охрана, а вот это вот мой...
Так.
Внук получается, да?
Это он так и говорит?
Да, да, да.
Продумался.
Да, внук получается, да.
С его плодовитостью запутаться несложно.
С его количеством родственников.
Это, конечно, не дядя Аберон с 56 законорожденными детьми.
А, нет, 56 детьми вообще.
И, господи, сколько их там было.
То ли 15, то ли 16 законными.
Ну...
— Внук, внук, — говорит Роверт.
— Ну вот, это внук, соответственно, стало быть, молодой князь.
Это охрана молодого князя.
Мне охрана не нужна.
А вы что делаете?
— А мы за молодым князем.
— Украсть хотите молодого князя?
— Так по праву жителей восточного города.
— Чего?
Чего?
— говорит Максель.
— Максель, он же наш!
— Был ваш стол мой.
Так, говорит дедушка С Робертом я как-нибудь С зятем получается, да?
С зятем я как-нибудь сам договорюсь Сначала, говорит Роберт, с внуком договорись посмотрел что здесь много внуков так вот чем мы здесь стоим вообще мои старые ноги короче я хочу сесть куда-нибудь пойдемте уже что девчонок своих не потащили наказаны сегодня на кухне рынку с простоквашей опротянули решили меня так сказать блинов мерзавки в родились не пластична в кого уродились такие.
Потому что во всем западном городе всего одна крынка с простоквашей.
Роберт ее под нос бурщит.
В кого?
В кого?
В деда.
Ну, и в отца.
Или в отца, да.
Тут лучше, дайте.
Две дочки и одна внучка.
Да.
А, Макс их не путает, он их всех дочками называет.
Если наоборот путает, он их всех дочками называет.
Или всех внучками, как под настроение.
Если хочется отцовские чувства проявить, то дочки, а если хочется на них поближе сжаться, то внучки и вспомнить о том, что вот в его годы этим ну, вы поняли, да?
Да.
Когда аргументом выступает проблема отцов и внуков, тогда они внучки.
Вот.
И, да, и, в общем-то, возвращаетесь, возвращаетесь и И, возвращаясь в цирку, возможно, даже нагоняете теплую компанию.
А именно, идет Ульф.
Ульф на руках тащит Дину.
Несет Дину.
На закорках даже, пожалуй, так.
На закорках тащит Дину.
Рядом идет Денька.
Сколько походка Деньки?
Нормальная.
Нормальная.
Насколько я понимаю, что у Русула вполне нормальная.
Ну вот.
Впрочем, Дентра идет в цирк нецентрального входа.
А он вам мажет ладошкой и убегает в сторону технических помещений.
Работать пойдет.
Ну что?
Цирк?
Цирк.
Наконец-то.